Чума

И воздух стоит, как спрессованный слиток заката над площадями, где даже камни страхом объяты. Люди обходят испуганно город, в котором хозяйствует холод, - в темени ужас, и косит он под звуки хриплых ворон. Вряд ли осмелится кто посмотреть город чумной - эту мертвую твердь, - там смерть. Флагами траура реют воронов тьмы. Коршун завидует со стороны - попутчик чумы. По улицам катятся трупные дроги, из них торчат чьи-то ноги. Глухие дороги. Вокруг трупы не погребённые. На них шишки чернеют бубонные. И прокажённые. Воем больных в городе полны дома, Самое страшное в мире - чума. Здесь правит она. И воздух стоит, как спрессованный слиток заката над площадями, где даже камни страхом объяты. Люди обходят испуганно город, в котором хозяйствует холод, - в темени ужас, и косит он под звуки хриплых ворон. Лавиной крысы движутся к реке, Несчастную страну опустошая. Вожак свистит - и, точно заводная, Вся стая дергается при свистке. Уничтожают житницы и склады, Кто шаг замедлит - стиснут, понесут. Упрется - закусают, загрызут. Идут к реке - и людям нет пощады. По слухам, кровью плещет та река. Все яростней призывы вожака, Истошный визг, пронзительный свисток, И вся лавина низвергается в поток... И воздух стоит, как спрессованный слиток заката над площадями, где даже камни страхом объяты. Люди обходят испуганно город, в котором хозяйствует холод, - в темени ужас, и косит он под звуки хриплых ворон.